Целую чертовую неделю Калум избегал меня. Именно избегал. Я пыталась к нему подходить, а он сразу же менял направление или отвечал, что у него срочные дела. Поговорить нам так и не удалось.

Я сама не очень осознаю, что произошло. Калум меня поцеловал, а я добровольно ответила на его поцелуй? И сейчас это был не алкоголь. И, думаю, даже не спор. Какого хера так вообще получилось?

Я шла в зал, чтобы посмотреть на Люка и Калума, у которых сегодня вновь была игра. Их команда прошла в полуфинал, и если они сейчас выиграют, то попадут в финал.

Я села на трибуны, наблюдая за тем, как мальчики разминаются.

Люк заметил меня и помахал рукой, что я тоже сделала в ответ. После я словила взгляд Калума, который сделал вид, что не заметил меня и отвернулся от меня. Я огорчённо опустила глаза на свои руки, перебирая в пальцах резинку для волос.

Рядом со мной сели девушки, которые являлись в какой-то степени «элитой» нашего университета. Они всегда на всех вечеринках, их имена постоянно на слуху, их парни в баскетбольной команде, а это, как обычно считается, очень почетно. В общем, внешне они были, может, и красивы, но внутри, я более, чем уверена, что они пусты. Впрочем, как обычно это и бывает.

Они болтали снова о каких-то шмотках, какая у кого юбка, будет ли на следущей неделе какая-нибудь вечеринка и что же им надеть на неё. Боже, как их ещё самих не достало это постоянно обсуждать? Мои бы мозги уже давно выкатились из головы. А у них есть мозги?

— Вчера я провела такую ночь с Калумом... Мм... Он просто невероятный. Посмотрите на него: красивое накаченное тело, смуглая кожа и симпатичное лицо. Кто не мечтает о таком парне? К тому же, ещё и капитан баскетбольной команды. Это была лучшая ночь в моей жизни, мне было так хорошо, — мечтательно пролепетала блондинка, на которую я даже из интереса повернула голову, чтобы посмотреть. Длинные волосы, стройная фигура, лицо, на котором макияжа было столько, что я за всю жизнь столько не потратила косметики и красное мини-платье. Блять, она мне стала так противна. И мне так неприятно слышать о том, что Калум провел с кем-то ночь, а со мной даже не может поговорить после обычного поцелуя. Ну, может и не обычного, но... Мое сердце так болезненно сжимается, что мне хочется просто выдрать этой кукле волосы. Блять, я что, ревную? Нет, нет, нет, этого не может быть. Мне не нравится Калум Худ. Мне не нравится Калум Худ. Он не может мне нравится. Этого не может быть. Я не могла в него влюбиться. Блять, блять, блять.

Я перевела взгляд на площадку, где уже началась игра, пока я находилась в своих мыслях. Калум ловко пробегал мимо соперников и с лёгкостью забивал мяч в кольцо. Он, черт возьми, так прекрасно выглядит. Мне так жаль, что он мне, похоже, нравится. И это так погано. Ведь я ненавижу его. И всегда ненавидела. Как сказала бы моя мама: «от ненависти до любви — один шаг». Мне даже думать не хочется, что со мной будет дальше. Мои чувства будут ещё сильнее с каждым днём. Все равно ему не нужна такая, как я. Он — капитан баскетбольной команды, один из главных красавцев нашего университета. Я — девушка, которая имеет одну из самых худших репутаций, совсем неприметная, у меня практически нет друзей. Мы не пара. И никогда не сможем ей быть.

Худ широко улыбался от каждого очка их команде, даже если это забил не он. Конечно, если они победят, то попадут в финал. Это достойно такой прекрасной улыбки, как у Калума.

Между Люком и игроком противоположной команды начался какой-то конфликт. Люк говорил на повышенных тонах, а игрок другой команды просто врезал ему по лицу. Какого черта?

Худ быстро подбежал и попытался разнять их драку, но ему дали мячом по голове, отчего он упал на пол, похоже, начиная терять сознание.

Я быстро побежала вниз по трибунам, выскакивая на площадку вместе с врачом, который пытался привести его в чувства.

— Какого черта это произошло? — спросила я у Люка, который держался за свой нос.

— Ты меня спрашиваешь? Я его по голове ударил? — возмущённо спросил Хеммингс.

— Из-за чего произошёл этот конфликт? — спросила я.

— Я, якобы, играю не по правилам, — ответил Люк.

Я ничего не ответила и побежала в медпункт, куда отнесли Калума.

К его носу поднесли нашатырь, отчего он начал приходить в сознание и открыл глаза.

Он перевёл взгляд на меня, пытаясь сфокусироваться.

— Калум, ты меня слышишь? — спросила я.

— Джесси....

— С тобой все хорошо? Что болит? Только не молчи и не закрывай глаза, — тараторила я, взяв парня за плечи, на что он улыбнулся. — Ты чего улыбаешься?

— Ты так волнуешься, — ответил Худ. — Со мной все в порядке, только голова кружится.

— У тебя, наверное, сотрясение, — сказала я.

— Девушка, попрошу вас выйти, нам нужно его осмотреть, — сказала медсестра, а я кивнула головой и вышла из медпункта, усаживаясь на скамейку рядом.

Минуты шли так долго, что такое чувство, что я сидела здесь целую вечность. Меня так трясёт. Вдруг с ним что-то случилось серьезное? Надеюсь, что все хорошо. Все будет хорошо.

Дверь открылась и оттуда вышел Калум, который был очень бледный.

— Ты как? Что тебе сказали? — спросила я.

— Все нормально, ничего серьезного, — ответил Худ. — Просто пару дней полежать дома.

— Отлично. Как ты себя чувствуешь? — спросила я, когда мы уже вышли на улицу.

— Слабость, — ответил брюнет. — Почему ты так волнуешься?

— Любой на моем месте волновался бы, — ответила я.

— Как видишь, здесь только ты, — сказал Худ, пожав плечами.

— Извини, если что-то не так, — ответила я.

— Да за что ты извиняешься? Это я извиняться должен, что веду себя, как баран, — сказал Калум, а я непонимающе на него уставилась.

— Прости?

— Я просто тебя избегал неделю после того, что сам и сделал. Мне было так неловко смотреть на тебя, будто я сделал что-то не так, — ответил он, а я опустила голову на свои ноги.

— Ясно, — лишь ответила я. Это лишь я себе снова всего напридумывала, что у нас что-то могло бы быть. Ничего у нас не может быть. Он — это не я, а я — это не он. — Думаю, что ты в состоянии дойти домой сам.

Я развернулась и быстро направилась в сторону своего дома, попутно вытирая слезы, которые выступили на моих глазах.

— Стой! — крикнул Калум, развернув меня к себе. — Почему ты плачешь?

— Слушай, мне неловко с тобой разговаривать. Может в другой раз? Где-нибудь так через неделю? — огрызнулась я, одергивая свою руку.

— Да что ты к словам прикопалась? Да, я тебя поцеловал. Тебя это так волнует? — спросил он.

— Блять, да, волнует! Я — не ты. У меня нет каждую ночь новой девушки, с которой я буду спать. Для меня каждый поцелуй — это не просто так, — ответила я.

— Я тебе нравлюсь? — прямо в лоб спросил он, отчего я начала злиться ещё сильнее.

— Нет! — ответила я, а он усмехнулся. — Как ты смеешь?

— Ну, для тебя же каждый поцелуй не просто так, — ответил парень.

— Хватит! Ты меня уже достал! — сказала я, оттолкнув его от себя.

Калуму стало плохо, что он даже скорчился.

— Что случилось? Что болит? — спросила я, помогая ему выпрямиться. Он лишь рассмеялся. — Иди нахуй. Пусть тебе кто-нибудь ещё поможет.

Я развернулась и направилась в сторону своего дома, пытаясь сдерживаться от эмоций.

— Я все равно тебя никуда не отпущу, — ответил Калум, снова разворачивая меня к себе и прижимая к своей груди.

— Хватит! Как же ты меня достал. Если у тебя красивая внешность и хорошая репутация, много девушек и всего остального, то это не значит, что я тоже поведусь на эту дудку, — ответила я.

— Ты уже повелась, — усмехнулся он, а я оттолкнула его.

— Ты такой противный, — ответила я.

— Но ты же меня любишь, — сказал Худ.

— Нет, — ответила я.

— Любишь.

— Нет.

— А я вот люблю тебя, — сказал Худ.

— Да, ты хороший друг, — ответила я. — Но такой, что тебя иногда хочется ударить головой об асфальт.

Калум лишь закатил глаза и посмотрел на меня. Он сделал шаг ко мне и накрыл мои губы своими. Снова сладкие и манящие губы смаковали мои, делая плавные движения. Такой вновь тягучий поцелуй, который пробивает во мне дрожь.

Мы одни стоим на парковке университета, над нами собрались тучи и вот-вот пойдёт дождь. И будто все, как в фильме. Мы стоим целуемся и на нас капает дождь.

Я отстранилась Калума, посмотрев в его глаза. На его лице расплылась улыбка, отчего мне тоже захотелось улыбнуться.

— Ну и что это снова было? — спросила я.

— Думаю, тут все итак понятно, — ответил Худ, пожав плечами.

— Вот именно, что ничего не понятно, Калум, — сказала я.

— Тебе понравилось? — спросил он.

— Да, — ответила я.

— До сих пор не понятно? — спросил Худ, а я пожала плечами. Он закатил глаза.

— Вот давай без этого только, — ответила я.

— Ты мне нравишься. Вот что, — сказал Калум.

Что? Я ему нравлюсь? Я серьезно ему нравлюсь?

— Я тебе нравлюсь? — переспросила я.

— Да. Причём, уже достаточно давно и очень сильно, — совершенно спокойно ответил брюнет. Твою мать. Твою мать.

— Шутка? Спор? Где тут скрытые камеры? — спросила я, осматриваясь по сторонам.

— Нет. Это на полном серьезе. Но ты мне до сих пор не веришь, и я прекрасно это понимаю. Потому что заслужил, — ответил Худ. — Ты мне нравишься ещё с конца второго курса. Но я так не хотел, чтобы ты со мной связывалась. А когда ты подошла ко мне на вечеринке... Я просто не знал, что делать. Мне пришлось тебя от того мудака спасать. Но все равно нам нельзя было общаться, я старался оттолкнуть тебя от себя. А потом меня вообще сделали твоим тренером. Я думал, что мне придёт конец. Но таким образом я мог быть к тебе ближе. Я специально начал встречаться с Мией, чтобы быть ближе к тебе, но в то же время быть отдаленным от тебя. Каждый день, когда ты рядом, был для меня такой пыткой. Ты так напоминаешь мне мою бывшую девушку. И это ещё одна причина, почему я не хотел находиться рядом с тобой. Сейчас просто все вышло из-под контроля. Я расстался с Мией, мы с тобой начали проводить больше времени вместе. Я так устал от всего. Ты правда мне очень-очень нравишься, — ответил Калум, отчего у меня открылся рот.

Я нравлюсь ему уже больше, чем полгода. Больше, чем чертовых полгода. Это просто невозможно. У меня, блять, нет слов, чтобы сказать хоть что-то.

— А Фрэнку я нравилась? Или он просто решил в споре поучаствовать? — спросила я.

— Ты ему тоже нравилась. И нравишься до сих пор. Прости меня за все. Я хочу, чтобы ты хорошо ко мне относилась. Мне очень больно видеть, что ты не со мной и... В общем, это не важно.

— Калум, ты... хороший человек.

— Как ты видишь в людях только хорошее, когда тебе они причиняют столько боли? Как ты это делаешь?

— Просто я знаю, что ты не такой, каким был со мной. И, видимо, я не ошиблась.