В ту ночь Кэролайн лежит без сна, настолько мучительна боль в руке, в средние века нет никаких обезболивающих. Попытки заснуть не увенчались успехом, слишком сильна боль и Кэролайн уже всерьез задумывается о том, что может, следовало позволить Клаусу исцелить ее. И почему она такая упрямая. Можно было выпить крови, исцелиться и пообещать себе, что будет очень-очень осторожна.

В эту минуту Клаус заходит в комнату, будто это она его мысленно вызвала, и, закрыв глаза, Кэролайн притворяется спящей.

- Я знаю, что ты не спишь, любимая, твой пульс участился, он выдает тебя.

- Черт побери, - раскрывает глаза Кэролайн. Клаус стоит над ее кроватью, глядя вниз, она едва его видит, но может поклясться, что тот ухмыляется. - Как там Катерина? Еще не свела Элайджу с ума?

- Он спрятался от нее в своей комнате, а со мной отказывается разговаривать. Как твоя рука?

- Хорошо, - лжет Кэролайн.

Клаус усмехается в ответ, и, обойдя кровать, ложится на спину рядом с Кэролайн, повернувшись лицом к ней. Она передразнивает его позу, прижимая сломанную руку к груди.

- Лгунья, - говорит он.

- Догадался. Ну, разве ты не умница? - язвительно спрашивает Кэролайн.

- Не понимаю, почему ты не позволяешь мне исцелить тебя. Или обратить снова. В чем проблема?

- И без моего обращения все сейчас сложно.

- Кэролайн, ты хочешь снова стать вампиром?

Она опускает глаза, но тут же снова их вскидывает, глядя на Клауса.

- Я не знаю, - наконец, вздыхает девушка. - Стефан всегда говорил, что скучает по своей человечности больше, чем по чему бы то ни было в этом мире. И, будь у него выбор, он бы никогда не обратился. А я свыклась с тем, чтобы вечность быть монстром, почти сразу после первого шока. Ведь так надо поступить, если жизнь дает тебе лимон, верно?

- А кто этот Стефан?

Кэролайн усмехается, услышав намек на ревность в голосе Клауса:

- Он что-то вроде моего наставника среди вампиров, он помог мне тогда, когда никого не было рядом. А ты? Ты когда-нибудь хотел снова стать человеком?

Моргнув, Клаус отворачивается от нее, уставившись в потолок:

- Нет. Тогда я был слаб и бессилен. В конце концов, начал бы обращаться в волка, но даже это бы не спасло, - отвечает он. - Скоро я буду непобедим.

Кэролайн видит в темноте, как хмурится Клаус, сжимая челюсти. Сотни лет боли и неуверенности захоронены где-то глубоко внутри. Неуверенность... Кэролайн так хорошо это понимает. Но даже будучи древнейшим, Клаус не чувствовал себя достаточно сильным. Он неотрывно смотрит в потолок, затерявшись в своих мыслях.

- Эй, - говорит Кэролайн, протягивая руку и проводя костяшками пальцев по его челюсти, пытаясь вернуть Клауса к реальности... к ней. Взглянув на Кэролайн, он поворачивается к ней всем телом, касаясь ладонью ее щеки. В слабом лунном свете, проникающем сквозь окна, его глаза кажутся совсем черными, и Кэролайн узнает этот взгляд, так хорошо она его уже знает. Клаус хочет ее. Желание начинает жечь тело. Это сумасшествие. Одного его взгляда достаточно, чтобы заставить ее потерять голову. Как так быстро все изменилось? Разве еще неделю назад она не смотрела на него как на злейшего врага? А сейчас может думать только о том, чтобы сорвать с Клауса одежду и потеряться в его прикосновениях. Но, тем не менее, боль, захлестнувшая руку, когда девушка потянулась к нему, немного остужает пыл.

- Ты в порядке? - спрашивает он, видя, как поморщилась Кэролайн.

- Я, наверное, не смогу сегодня вечером.

- Я знаю, - откликается Клаус. - Все нормально. Мы просто поспим.

Кэролайн улыбается, хоть и немного разочарованная тем, что он не стал настаивать. Честно говоря, ей, наверное, хотелось бы сдаться на уговоры. Но Клаус продолжает гладить ее щеку, отслеживая кончиками пальцев черты лица, и вскоре веки Кэролайн тяжелеют, она погружается в глубокий сон.

***

Кэролайн снова просыпается. Она в подземелье. Ужасно болит голова и слабость по всему телу. Как она здесь оказалась? Взгляд фокусируется на человеке перед ней. Тайлер, прикованный цепями к стене, лежит на холодном полу. Паника поднимается в груди и Кэролайн пытается встать, подойти к нему, но ее сдерживают цепи. Она рвется из наручников, пока сталь не впивается глубоко в запястья, но все бесполезно.

Солнечный свет струится через зарешеченное окно. Еще светло, значит, жертвоприношение не успели провести. В безопасности ли Елена? Конечно, Стефан все равно останется рядом с ней. Кэролайн усмехается самой себе, сейчас, прикованная к стене, она беспокоится о безопасности Елены.

Вдруг она слышит тихий звук, доносящийся из дверного проема, и резко поворачивает голову на шум. У Кэролайн перехватывает дыхание, в ожидании того, кто появится из-за угла. Но, когда темная фигура останавливается в дверном проеме, девушка не может разглядеть его лица. Запаха человеческой крови не чувствуется даже отдалено, да и сердцебиения не слышно. Значит, это не может быть одна из ведьм.

- Деймон? Стефан? - с надеждой зовет Кэролайн.

Может кто-то пришел ее спасти?

- Прости меня, любимая.

Она просыпается, будто от толчка, резко выпрямляясь.

- Черт, - выдыхает девушка, почти плача от боли, прижимая к груди пульсирующую руку.

Ложась обратно, Кэролайн пытается дышать сквозь боль, сосредоточившись на другом. Снова эти сны о непонятном прошлом. Но, в отличие от сна с Еленой, этот действительно о случившемся. Как тогда с Алариком в коридоре школы, прорывались старые воспоминания о том, как она проснулась рядом с Тайлером в старом подвале. Клаус ведь похитил их обоих для жертвоприношения.

Кэролайн легко улыбается. Она совсем забыла, что он пытался ее убить еще даже до знакомства. Черт, как бы хотелось ему об этом рассказать. Поддразнить его. Улыбаясь, Кэролайн встает с постели, одевает платье, чувствуя, как боль в руке смягчается.

Спускаясь по лестнице в столовую, она слышит смех со двора.

- Ты должен поймать меня, - весело говорит Катерина.

- Но, тогда игра закончится.

Кэролайн останавливается в дверях, наблюдая за Элайджей, тепло улыбающемся Катерине, когда, закончив игру, они садятся на одну из каменных скамей. Будь она еще вампиром, то слышала бы каждое слово, но сейчас еле разбирает тихие голоса. Что-то в них, в том, как близко Элайджа сидит к Катерине, как внимательно он смотрит и слушает ее, греет сердце Кэролайн. Она никогда раньше не видела Элайджу таким непринужденным.

Атмосфера меняется резко, как только в поле зрения появляется Клаус, они сразу отклоняются друг от друга. Кэролайн смотрит, как Клаус уводит Катерину, стараясь подавить ревность при виде того, как он обнимает девушку. Но не только Кэролайн взволновала эта сцена, ее взгляд метнулся к Элайдже, улавливая грусть на его лице. Только сейчас ее осеняет. У Элайджи чувства к Катерине. Кэролайн хочется ударить себя за недогадливость. Конечно, это придает смысл его поведению. Вот, почему он так добр к ней, так заботлив и внимателен. Выйдя из своего маленького укрытия, она подходит к мужчине.

- Тебе тоже, да?

Он поднимает глаза на приближающуюся девушку.

- О чем ты?

Вглядываясь в его лицо, Кэролайн видит как с него сползает грусть и оно снова превращается в спокойную, безразличную маску того Элайджи, которого она привыкла знать. Значит, он пытается отрицать происходящее.

- Больно смотреть, как дорогой тебе человек вместе с другим.

Ей это так хорошо знакомо. Даже зная, что Клаус ничего не испытает к двойнику, Кэролайн не может не чувствовать боли, думая о том, что он с ней. Девушка отбрасывает ненужные чувства. Она ничем не связана с Клаусом и все это не имеет значения.

- Катерина принадлежит Никлаусу, и я всегда знал, что так должно быть.

- Но она не обязательно... - Кэролайн глубоко вздыхает, собираясь с силами, - ...должна умереть. Я уверенна, что есть заклинание или еще какой-нибудь способ, каким Гретхен сможет ее спасти.

- Никогда об этом раньше не слышал, - качает головой Элайджа.

- Но это стоит того, чтобы попробовать. Просто спроси ее. Ты потом будешь сожалеть, если даже не попытаешься.

- Ты очень настойчива, - усмехается Элайджа. - Очень хорошо. Я спрошу у Гретхен.

- Хорошо, - ярко улыбается Кэролайн. - Теперь давай чем-нибудь перекусим, потому что я...

Внезапно девушка сгибается пополам, схватившись за живот. Шагнув вперед, Элайджа поддерживает ее, когда у Кэролайн подкашиваются колени.

- Кэролайн? Ты в порядке?

- Да, - с трудом сглатывает она. - Просто голова закружилась.

Мир снова теряет очертания, на этот раз головокружение намного сильнее, словно ее использует какая-то неведомая сила. Рухнув в объятья Элайдже, Кэролайн чувствует, будто из нее высосали всю энергию, она едва может держать глаза открытыми. Она слышит как ее зовет Элайджа, положив к себе на колени. Миллионы лиц мелькают перед глазами и среди них такие родные. Елена, Тайлер, Мэтт, Бонни.

Она видит первый школьный день и печальную после смерти родителей Елену. Видит Стефана. Деймона с его злой усмешкой. Мэтта. Тайлера ведущего их машину и теряющего контроль от боли. Видит Кэтрин стоящую над ней, ее вьющиеся волосы так не к месту. Елена? Дыхание перекрывает и девушку накрывает темнота. Легкие просят воздуха, но она слишком слаба.

Кэролайн громко стонет, когда воздух, наконец, наполняет легкие, а затем чувствует холод.

- Кэролайн, - голос Элайджи звучит так ясно.

Взглянув в его глаза, видя в них всю доброту, мудрость, знания, Кэролайн улыбается. Лицо Элайджи - последнее, что она видит перед тем, как мир темнеет.