Кэролайн может поклясться, что ее мертвое сердце заколотилось в груди.

- Не думаю, что в этой игре подобные правила.

- Я устанавливаю свои собственные, - усмехается Клаус.

Он улыбается Кэролайн, и блеск в его глазах заставляет девушку задрожать. Клаус в медленной и чувственной ласке касается ее губ, и Кэролайн кажется, что она растворяется между его телом и дверью. Его поцелуй как поток свежего воздуха, после того, как она прожила целый день, затаив дыхание. Клаус отрывает ее от двери, заводя вглубь комнаты, прижимая к себе так крепко, будто боясь, что она сбежит.

Так или иначе, они оказываются в его спальне. Значит между его кабинетом и спальней еще одна потайная дверь. Клаус толкает Кэролайн на постель, продолжая беспрестанно ее целовать.

- Подожди, - бормочет Кэролайн, когда он спускается поцелуями к ее шее. - Подожди! - уже громче говорит девушка, стараясь его оттолкнуть.

Он отклоняется, вопросительно на нее глядя.

- Разве они не будут нас искать?

- Возможно, - ухмыляется Клаус. - Это часть игры, любовь моя.

- Тогда нам, наверное, следует идти, - говорит Кэролайн, отталкивая его еще дальше.

- Кэролайн... - цедит Клаус сквозь зубы.

- Клаус, - передразнивает она то, как он произносит ее имя.

Вдвоем они ложатся на кровать и ни один из них не движется.

- Если ты хочешь уйти, тогда иди, - наконец, холодно говорит он, и Кэролайн чувствует, как закололо сердце.

- Я не хочу уходить, - вздыхает она.

Клаус проворачивается к ней и накрывает девушку своим телом:

- Тогда оставайся.

- Я не могу.

- Почему нет?

- Потому что ты почти требуешь, - откликается она, - ты должен следовать своим планам, как и я, и в будущем...

- Я ничего не знаю о будущем, любимая. Ты не сказала мне.

- Я не смогла тебе сказать, - поправляет Кэролайн, - мы не друзья, Клаус. Мы враги.

- Мы всегда были врагами, - усмехается он. - И мне не интересно быть твоим другом.

Он проводит ладонью по ее телу, и у Кэролайн тянет внизу живота в предвкушении прикосновений. Но она его отталкивает.

- Ты знаешь, что я имею в виду.

- Как, по-твоему, это справедливо, наказывать меня за преступления, которых я еще не совершил? - хмурится Клаус.

- А кто сказал, что жизнь справедлива?

Клаус опускает голову, касаясь лбом ее губ, и усмехается:

- Ты становишься похожей на меня.

Кэролайн смеется вместе с ним и слышит, как где-то вдалеке их зовут по именам.

- Кажется, игра закончилась, - говорит она, неохотно отходя к двери.

Вдруг, Клаус оказывается прямо перед ней и она вздрагивает, не почувствовав его быстрого движения.

- Пожалуйста, Кэролайн. Я был с тобой однажды, ты не можешь оттолкнуть меня теперь. Просто еще одна ночь.

Его слова заставляют озноб пробежать по спине девушки. Она вглядывается в его лицо, видя в его глазах мольбу и, где-то глубоко запрятанный страх. Страх, что она скажет «нет». Честно говоря, она не хочет отказывать ему. Что плохого в еще одной ночи? Кэролайн не уверена, что хочет знать. И не знает, может ли согласиться.

- Клаус? - совсем рядом раздается голос Катерины.

- Иди, - наконец говорит Кэролайн. - Я смогу улизнуть и пойду в свою комнату.

Вздохнув, Клаус кивает и, отвернувшись от нее, выходит из спальни. Кэролайн слышит, как он приветствует двойника, и, как Катерина обеспокоенно спрашивает, где скрывался ее лорд.

Когда девушка убеждается, что они ушли достаточно далеко, она тихо направляется в собственные покои. У нее нет настроения ни для каких игр. Слишком долго она в них играла.

***

Проснувшись на следующее утро и спустившись завтракать, Кэролайн видит маму, сидящую за кухонным столом. Странно. Обычно в это время она всегда на работе.

- Почему ты все еще дома? - спрашивает Кэролайн, наливая себе свежего кофе.

- Кэролайн, милая, думаю, тебе лучше сесть.

Замерев, девушка смотрит на мать. На той, будто маска, которую она надевает, исполняя обязанности шерифа. Не говоря уже о серьезном У-меня-плохие-новости-но-я-действительно-не-хочу-их-тебе-говорить тоне.

- Что такое, мам? - спрашивает Кэролайн, медленно подходя к матери, и та ласково берет ее за руку.

- Милая, вчера вечером произошел несчастный случай. Автомобиль съехал с Викери Бридж.

Кэролайн чувствует, как сердце уходит в пятки:

- Чей автомобиль?

- Грейсона Гилберта.

- Папы Елены? Что случилось? Он в порядке?

- Мы не уверены, что заставило его потерять управление. Мама Елены и сама девушка были в машине, когда она упала в воду.

Кэролайн крепко сжимает ладонь матери:

- Они в порядке? Мама?

Лиз в ответном движении стискивает пальцы дочери:

- Мне очень жаль, Кэролайн. Никто не выжил. Елена мертва.

Кэролайн подскакивает на кровати, чувствуя, как слезы текут по щекам. Это сон. Всего лишь сон. Она глубоко вздыхает, пытаясь успокоиться. Все так странно. Так реально. Прижав руку к груди, Кэролайн медленно дышит, возвращаясь обратно в реальность.

- Стоп, - говорит сама себе девушка, водя рукой по груди.

Это? Нет, не может быть, это невозможно. Она вдавливает руку глубже в кожу, и снова это чувствует.

Вскочив с кровати, она берет небольшую шпильку, лежавшую на умывальнике. Кэролайн вдавливает ее в кожу, проводя по ладони, и морщится от боли, когда на руке появляется порез, с которого стекает кровь, окрашивая белую ночную рубашку.

- Давай же. Давай, - говорит она собственному телу, но ранка продолжает кровоточить.

Кэролайн чувствует, будто кто-то выбил почву у нее из-под ног. Повернувшись, она выбегает из комнаты и бежит через двор в другое крыло.

- Клаус! Клаус! - в отчаянии кричит девушка, поднимаясь вверх по лестнице в его спальню. - Клаус!

Она бьет кулаками о дверь и, когда та открывается, она видит полуобнаженного Древнего. Он недовольно хмурится, но заметив выражение лица Кэролайн, начинает испытывать беспокойство.

- Что такое, Кэролайн?

- Смотри! - протягивает она ему окровавленную руку.

- Итак, ты порезалась, - пожимает он плечами.

- Но рана не заживает, - схватив его руку, она прижимает ее к груди: - Почувствуй.

Клаус закатывает глаза, но, как только он касается рукой ее груди, его зрачки расширяются. Он удивленно приоткрывает губы, побледнев.

- Это...

Кэролайн кивает, ее полубезумный взгляд сталкивается с его.

- Мое сердцебиение, - выдыхает она. - Клаус. Я человек.