***

В последнее время, мы с Юки никакие, у нее-то в понятно почему, а вот у меня... Может дело с Юнги? Я каждый раз ждала его, когда на горизонте появится его светлая макушка, и даже знаете, я ожидала вместо Гука увидеть Мина, но тот словно пропал. Сердце закололо, как глаза увидели на стене фото блондина. Вдруг глаза заметили ту самую коробку, которую Юн на днях вручил мне. К черту вечер, открою сейчас.

В коробке кроме как листка, свёрнутого в квадратик и диска, больше ничего не лежало. Включив ноутбук, я всунула диск в дисковод. Заиграла приятна на восприятие мелодия. Пока на фоне играло что-то красивое, я решила посмотреть, что на бумаге. Это оказалось письмо.

«Для Мэй.

Эм, я не умею излагать свои мысли в подомном формате, но я должен это было сделать, пока не поздно.

В общем, я хотел поблагодарить тебя за все. За то, что помогла выйти их этой ледяной комнаты. Ты ее растопила, и помогла мне выбраться наружу, увидеть, как красив мир, и что не нужно унывать. Нужно идти вперед.

Не знаю, когда это началось, может с первой нашей встречи, может с того дня, когда ты следила за мной, сталкерша, но я понял, что ты стала для меня нечто ценным. Ты стала для меня самым лучшим и близким другом. Я правда, ценю тебя, Мэй. Спасибо тебе.

Сейчас, ты скорее всего прослушиваешь аудиодорожку. Это написал я. Писал с первого учебного дня, и закончил только недавно, но если ты будешь внимательно слушать, то поймешь мой домысел.

Хочу извиниться, за то, что так поступаю, но сегодня... Сегодня – 23 января, в 19:00, я улетаю в Америку, на целый год, представляешь. Возможно, мы будем общаться, и я на это надеюсь, а пока, хотел бы тебе пожелать закончить хорошо экзамены, и с новыми силами поступить на второй курс :)

Мин Юнги.»

Прочитав, как оказалось письмо, до меня теперь дошло его отсутствие, он просто не хотел расстраивать нас тем, что улетает. Честно, хочется плакать. Я, действительно, полюбила. Чистым сердцем влюбилась в Мин Юнги, и мне сейчас так хочется плакать.

...Первые опавшие листья, словно моя опавшая душа в какую-то бездну...

Послышались слова песни, и я слегка удивилась, услышав голос Юнги. Он красиво поет, такая нежная музыка.

... Вроде, я уже обречен, но вдруг появился свет в конце туннеля,

Хочу дотронуться до него, но разум так и норовит сказать: «Нет!»,

Но я преодолеваю, и дотрагиваюсь до этого прекрасно света,

Этим светом была ты – ты моя надежда,

Ты спасла меня от этих мук,

Благодаря тебе, лед во мне растаял, как от напёкшего солнца...

Много слов повторялось, куплетов, строчек, но я с головой ушла в эту музыку, что так лелеяли мои уши.

... Я люблю тебя, Ким Мэй...

Последние строки, и песня заканчивается. На щеках уже лужи от селеной жидкости, зато все тело онемело, услышав эти слова. Я просто зависла, как программа на компьютере от какого-то вируса, или слишком большого потока информации. Мозг говорил: «Действуй!», а тело словно не мое – не слушалось.

Только спустя пять долбанных минут, до меня дошло, что имел в виду Юнги. Он только что, прямым текстом признал мне в чувствах, а я как дура, лежу и плачу.

Быстро накинув куртку, я вылетела из дома. Время шесть. Успею.

***

Юнги волок свой чемодан, ибо уже началась посадка. Ему в душе было больно. Вчера они с Чонгуком выпили, рассказав друг другу всю правду матушку, что накопилась в их душах. На деле, у них с Чонгуком была своя связь, как никак со средней школы дружат, поэтому много понимали с полуслова.

*Флешбэк*

Конец средней школы, и вот-вот мальчишки перейдут в старшую школу. Новая пара. Они уже не те мелки мальчишки, что дергали девчонок за косички, а почти взрослые люди. Почти.

- Юнги. – Гук сидел за партой, в последний учебный день, и любовался последними мгновениями средней школы. Уже все ребята ушли, готовится к вечеринке по такому поводу, лишь Чон и Мин, остались в классе.

- Что? – брюнет оторвался от своей нотной тетрадки, смотря на друга.

- Если ты прям влюбишься, прям сильно, то как ты признаешься в любви? – поинтересовался Чонгук. Вдруг эта мысль посетила его голову.

- Ну, я бы хотел вложить все свои чувства в музыку, которую сам напишу. Скажу ей это именно через песню. А еще, я буду выжидать идеальный момент, чтобы совершить такой поступок. Например, если для меня это будет крайне важным, я положу диск и письмо в белую коробку, и напишу дату, когда ей открыть ее. – улыбнулся сам себе Юн, видя озадаченно лицо Гука.

- У тебя все так сложно. Я бы просто поцеловал. – засмеялся Чонгук в кулачек, а Юнги закатил глаза, но потом тоже рассмеялся. Все мы уже знаем, что Чонгук, когда признавался Юки, не целовал ее, ибо она его первоначально отшила. Вот так вот.

*Конец флэшбэк*

Именно тогда, когда Мэй показала белую коробку, с датой наперед, Гук все понял. Он всегда помнил такие моменты. И именно в тот день, он встретился с Юнги, чтобы обо всем поговорить. Тогда Чонгук-то, все и узнал.

Перед Юнги была большая очередь, поэтому, он решил оставить чемоданы, тем самым «забив» очередь, и купить себе кофе, но до жути знакомы голос не дал ему это сделать.

- МИН ЮНГИ! – кричала запыхавшаяся девушка. Ее пуховик был расстегнут, откуда виднелся милый, розовый свитер, на голове криво сидела та самая ушастая шапка. Юнги повернулся на зов, и увидел Мэй, у которой слезы ручьем текли.

- Что ты тут делаешь? – он лишь вскинул бровью, смотря на девушку.

- Пришла тебя убивать! – именно сейчас на них смотрели люди в аэропорту. Девушка без стеснения кричала. Вдруг, она сорвалась с места, и прыжком запрыгнула на парня, обхватывая руками шею, а ногами – торс. Мгновение, и их губы соприкоснулись. Сначала, Юнги был удивлен настойчивостью девушки, но после сам перехватил все в свою инициативу, обнимая ту за талию, и углубляя и так без того, глубокий поцелуй. Отстранившись от сладких женских губ, Юнги спустил с себя девушку.

- Первыми целуют парни. – соприкасаясь с лбом Мэй, своим, он кратко улыбнулся.

- К черту. – выругалась она, снова чмокнув блондина в губы. – Я люблю тебя, Мин Юнги. – выдает прямо в губы, а глаза Мина прям из орбит вылезают.

- Но и признаются, обычно, тоже парни. – тихо шепчет, пытаясь успокоить бушевавшие в себе эмоции.

- Ты и так это сделал первым. – улыбнулась она, как лицо Юна приняло возмущенное выражение.

- Я же говорил вечером открыть! – Юнги выглядел строго, даже в такой момент, на что Мэй рассмеялась.

- Если бы я открыла вечером, боюсь, я бы опоздала. – оправдалась, смущенно понимая, что запрыгнула на парня, минуту назад.

- Думаю, я уже никуда не поеду. – Юнги хватает свои сумки, а второй рукой, руку Мэй, переплетая их пальцы.

- Что? – удивляется она, пока парень ведет их к выходу.

- Раз уж так вышло, хрен я куда уеду. Раз тут еще моя девушка. – его не такие уж длинные ноги делали уверенные шаги, от чего Мэй не успевала за ним.

- Д...девушка? – заикаясь спросила она. Именно сейчас, Мэй выглядела по особенно мило. Розовые щечки, смущенное лицо, криво надетая шапка, и расстёгнутая крутка.

- Да, теперь мы встречаемся, детка. – Юнги быстро прильнул к губам уже своей девушки, нежно сминая те.

Вот так вот, Юнги сломал все ожидания отца. Или Мэй сломала их)))

***

Прошел месяц, как Юнги и Мэй встречаются. Господин Мин позволил Юнги остаться, но при условии, если тот начнет браться за ум сейчас. И Юнги сдержал слово, стал учиться, и даже быстро нагнал в топе студентов второй номер. О как.

- И так, раз все тут теперь с любимыми, давайте махнем на море! – радостно прогремела Юки, поднимая руку вверх. Все смотрели на нее, как ума лишённую.

- На дворе февраль месяц. – напомнил Чон, сдерживая смех. Юнги с Мэй тоже потом рассмеялись, и сейчас они крепко держались за руки, под партой.

- Боже, скоро март, весна, любовь, одуванчики! А вы, тухните тут! – рассердилась Ю, смотря на троих друзей с наигранной обидой.

- Давайте поедим на море, а чего? – вдруг поинтересовалась Мэй. Действительно, не обязательно же им купаться и загорать, можно просто погулять по берегу, посмотреть на закат и так далее.

- Ну раз такое дело, то погнали? – Чонгук окинул всех взглядом, Мэй довольно кивнула, Юнги даже если не ответит, все равно поедет.

- Пару минут назад, ты был против. – и снова начали они спорить. Юки и Чонгук зачастили со спорами, но всегда все заканчивалось тепло. Пока те ругались, Юнги и Мэй уже во всю целовались.

Лед можно растопить, только если приложить к нему что-то горячее. С душой все по-другому – если показать искренность и любовь. Именно так, Ким Мэй, растопила холодную душу Мина, тем самым найдя себе любимого человека, что безумно ее любил, и души в ней не чаял. Именно Ким стала для Юнги в своем роде музой.

Главные герои определенно будут любить дуг друга всю жизнь, я вам это гарантирую) (Автор)

Конец.

С Днем рождения, говядина, задняя нога))))))