— Прошу прощения? — мама перестала дышать и схватилась за сердце.

— Что?

— Да, это мои дети. И я пришёл рассказать вам всю правду и познакомить вас с ними, — я подошёл к тройне. — Это тройня. Александр, Леонардо и Виктория. Им в этом году исполнится тринадцать лет, а это, — я подошёл к Ричу, — а это Томас, ему восемь дней.

— Как?!

— Луи! — Шерил улыбнулась и подошла ко мне, целуя в щеку. — Почему я об этом не знала, малыш?

— Прости, — она кивнула и взяла Тома с переноски. Джефф подхватил маму и помог ей присесть на диван.

— Луи, проходите, садитесь, расскажите всё, — Шерил покачивала сына со стороны в сторону и кидала взгляды на Лиама, который стоял в шоке, разглядывая моих детей.

— Спасибо, Шери, — я махнул рукой, чтобы все следовали за мной. Детей и Ричарда я посадил на диван, а сам сел на кресло, смотря то на родителей, то на брата, то на Шерил с Томом. Зейн и Джиджи подошли к Шерил, чтобы немного поиграть с Томом, а Найл подошёл ко мне и сел на подлокотник, сжимая моё плече.

— Ты готов, Лу? — я кинул и посмотрел на Найла. Я понимаю, что он поддерживает меня и я благодарен ему за это.

— Луи... — я услышал голос мамы. — Луи, скажи, как так получилось, что у тебя есть дети? Нет, не так. Почему мы узнаём, что у нас есть внуки спустя тринадцать лет? — я опустил голову.

— Потому что... Потому что я боялся вам признаться.

— Признаться в чём, Луи?! В том, что у тебя была девушка и ты чёртовых тринадцать, бл-...

— Лиам! Здесь мои дети! За языком своим следи! — я крикнул, нахмурившись, и посмотрел на детей, которые, хоть и видели всю семью на фото, не могли понять, какие они на самом деле. Лиам сейчас делает всё хуже. — Всё не так, как кажется. Всё не так просто, как кажется.

— Луи!..

— Лиам, просто послушай, ладно? Просто послушайте. Я и так очень долго пытался скрыть это всё от вас. Я не хотел, чтобы это всё — ваше непонимание, ваша ненависть, или... чтобы это не было, я не хотел, чтобы это всё обрушилось на меня и на моих детей. Я не был готов это всё слышать.

— Подожди... То есть, когда ты уезжал, тринадцать лет назад, ты уже знал, что у тебя будет ребёнок? — я кивнул Лиаму, который взял стул и сел на него, смотря на меня. — Отлично, Луи! Замечательно! И все те разы, что ты приезжал...

— Я приезжал с детьми. Да.

— Отлично.

— Лиам, выслушайте. Мне сейчас и так тяжело. И морально и физически. Когда я уезжал, я правда знал, что у меня будет ребёнок. На тот момент им было два месяца, шёл третий.

— Господи... — мама попросила воды у Джеффа и он быстро пошёл в кухню, принося ей попить. Я повернулся к детям.

— Вы хотите послушать всю историю? — они кивнули. — Хорошо, тогда... Эм-м... Ричард предложил переехать в Портленд.

— Но это же...

— Да, это Америка. Собственно, я гражданин Соединённых Штатов Америки, дети тоже автоматически стали ими. Мы там жили у Ричарда дома, учились, работали. Потом я встретил Найла и узнал от него про Гарри. И, когда я приезжал к нему, я был с детьми, но они постоянно были у Найла дома, — все посмотрели на него и нахмурились.

— Вы всё то время жили у Найла? Вы общались?

— Нет. Это был первый раз за семь лет, и теперь я здесь, и...

— Это я с ним общалась. Всё время. Я знала о детях с самого начала, — Шерил кивнула мне и покачала Тома, который начал немного хныкать. Я поднял сумку и достал оттуда погремушку, которую я отдал Шерил и, поправив шапочку, сел назад в кресло. — Я крёстная мама тройни.

— Шерил! — Лиам крикнул и закрыл рот, как только услышал хныканье Тома. — Шерил, как это понимать? То есть, когда мы думали, что Луи пропал и лежит где-то мёртвый, ты спокойно общалась с ним, знала, где он и, что с ним?

— Да. Я случайно застала его, рассматривающим снимок УЗИ. Поэтому, дала слово молчать и никому ничего не говорить.

— Хорошо, но... Ты приезжал... — Лиама прервал плачь Тома. Шерил начала расхаживать по гостиной, качая малыша.

— Хей, малыш, не плач. Ш-ш-ш...

— Шери, дай мне, — я протянул руки и Шерил, подойдя ко мне, передала Тома, которого я прижал к себе и покачивал. — Я здесь, малыш, всё хорошо. Папа рядом, — Том начал немного успокаиваться и начал смотреть на меня своими голубыми глазами. Я поправил одеяльце и погладил по щёчке большим пальцем. — Ну вот, а ты нервничал.

— Вы связаны, Лу. Ты хорошо справляешься, — Шерил села на второй подлокотник моего кресла, улыбаясь детям.

— У меня было двенадцать лет практики, — мама немного пришла в себя и внимательно смотрела на меня.

— Лу, скажи, кто мать этих детей? Если Том родился от суррогатной матери, потому что ты с Митчем, то тройня...

— А это самое сложное, чтобы объяснить. И от этого я и пытался сбежать.

Алекс выглянул из-за Найла и погладил моё плече, как всегда делал это Митч, чувствуя, что я нервничаю. А я нервничаю. И очень сильно. Этот момент я откладывал двенадцать лет. Я надеялся, что он не случиться, но, чёрт, я не готов сейчас все рассказать. Я не хочу, чтобы дети думали, что они были ошибкой, что их отец переспал с парнем по пьяни и потом... Но на чужих ошибках учатся, правда? Пусть они не повторяют мои ошибки, даже, если я счастлив иметь детей.

Я кивнул Алексу и перевёл взгляд на семью, которая, мягко говоря, была в шоке, не двигаясь. Джефф сидел около мамы, приобнимая за плечи, а Зейн и Джиджи стояли позади них. Хоть Зейн и Джи знали, что у меня есть тройня, они не знали, как они появились.

Зейн. Я не знаю, как он воспримет то, что ребёнок от Гарри. И, чёрт, Лиам. Он будет в... шоке? В бешенстве? Я не знаю. Это страшно говорить родителям и друзьям о том, что у меня был секс по пьяни с последствиями. Скорее всего, мама будет разочарована. И вообще! Блять, я парень, который может быть беременным!

— Хорошо... — я выдохнул. — Эм-м... Я не знаю, готовы ли дети это услышать, но я расскажу, потому что они тоже должны знать всю историю и сказать своё мнение. Договорились? — дети кивнули. — Ладно. Так. Я не хочу, чтобы... Эм-м... Просто постарайтесь это принять, понять меня и... Эм-м... Хорошо, это мои дети.

— Это мы поняли, Луи, — Джефф нахмурился и я никогда его таким не видел. Он серьёзен, сосредоточенный и немного злой. Я его понимаю.

— Нет, вы не поняли. Это все мои дети, биологические. Которых... Которых я сам выносил, — я посмотрел на семью перед собой, включая Зейна и Джиджи. Зейн нервно засмеялся, хмурясь.

— Это шутка какая-то? — я покачал головой.

— Нет, Зейн. Это реальность, — немного приподняв на руках Тома, я поднял футболку одной рукой и отклеил компресс, показывая шрам и послеродовой животик. — Это шрам от кесарева сечения.

Мама вскрикнула и закрыла рот руками, облокачиваясь на плече Джеффа. Я заклеил компресс обратно, опуская футболку.

— И, чтобы опередить все вопросы по этому поводу, — Рич посмотрел на меня, а потом на родителей, — я скажу, что я узнал о беременности первый. Это действительно его дети. Он действительно их выносил. И, действительно, это нонсенс. Это первая мужская беременность в мире. И это первая мужская беременность тройней.

— Господи... — Зейн провёл рукой по волосам, громко выдыхая и смотря на Джиджи, которая расширила глаза. — Луи, это реально?

— Да, Зейн, это реально.

— Почему ты мне не сказал? Почему ты не сказал Лиаму? Родителям?!

— Потому что это страшно! — Том немного дёрнулся от моего тона и всхлипнул.- Прости, малыш. Всё хорошо. Эм-м... Это страшно, Зейн. Ты осознаешь, что перед тобой парень, который может выносить детей? Быть беременным? Нет? Именно поэтому. Я боялся, что... Что будет осуждение. Потому что... Господи, кому нужен друг или брат или сын, который может иметь детей?

— Но ты мог нам сказать! — Джефф приобнял маму, которая трясущимися руками пила воду. — Да, я понимаю, что я не твой отец. Да, я понимаю, что ты мне не доверял, но... Матери! Матери ты мог сказать?!

— Пожалуйста, будьте все по-тише, у меня на руках ребёнок, которому восемь дней, — Том никак не мог привыкнуть к обстановке, которая была для него новой. Были новые звуки, новые голоса, лица. А уложить его довольно трудно после дневного сна.

— Прости. Но, ты не понимаешь...

— Я понимаю. Но я бы не изменил ничего. Я всё так же уехал, так же скрывал. Потому что... Если бы мне сказали... Господи, если бы Лиам пришёл ко мне и сказал, что он беременный, то я бы послал его и забронировал место в психиатрической больнице. Прости, Лиам, но это так, — я покачал Тома. — Согласись, что ты сделал бы то же самое, — брат слабо кивнул. — Вот, о чём я и говорю. Я не мог этого сделать.

— Как это произошло?

— Зейн, я не...

— Как это произошло, Луи?! — мама немного пришла в себя и нахмурилась.

— Пфф... Ребят, может, подниметесь наверх? Шерил вас проводит. Не хочу, чтобы вы...

— Нет, пап. Мы пришли с тобой, значит мы хотим поддержать тебя и узнать, как мы появились. Даже, если произошло что-то ужасное, — Тори улыбнулась и кивнула мне.

— Спасибо, малышка. Эмм... Только, когда я всё расскажу, вы...

— Мы никогда не перестанем любить тебя и думать, что ты не любишь нас. Просто расскажи.

— Хорошо. Пффф... Тринадцать лет назад я был приглашен на одну вечеринку, в честь дня рождения. Всё было круто, было весело. Но потом, эмм... Я пошёл в комнату, чтобы отдохнуть, потому что я был пьян. Очень сильно пьян, но меня остановил парень, затолкнув в комнату.

— Это было изнасилование? — я вскинул брови и посмотрел на Джиджи, а потом на детей, которые смотрели на меня, нахмурившись.

— Это можно было бы считать за изнасилование, да, но... Это не так. Я хотел этого. Да, я был неописуемо пьян. Да, я был не в себе. Да, это... Э-это был мой первый раз с парнем, но... На следующий день, я понял, что несмотря на это всё, я хотел этого. Что сделано — то сделано. И я не мог ничего изменить.

— Но...

— Я помню, мам, что ты всегда говорила о защите, да. Но я не думал, что я имею матку и это всё так для меня обернётся. Дети, закройте уши на секунду, — тройня кивнула и они выполнили мою просьбу. — Я сейчас понимаю, что вы разочарованы. Мама, особенно ты. Да, конечно, ты не о таком сыне мечтала, я понимаю. Вы сейчас думаете, что я, простите меня, чуть ли не шлюха, которая переспала с парнем по пьяни, без защиты и... Но это было один раз. Только один раз. Он был у меня первым, а до этого у меня была только Джей, поэтому... Я не знаю, — я кивнул детям, чтобы они открыли уши. — Я не думал, что так получится.

— Как ты узнал, что...

— Очень просто, на самом деле. Мама говорила, что мужчины в нашем роду умирали от рака. И, когда всё стало хуже... А именно тошнота стала невыносимой, я пошёл к Ричарду, объяснил ситуацию с раком и мы начали обследование. Во время УЗИ, когда я сказал, что обычно у мужчин нашей семьи, это был рак толстой кишки или лёгких или... Короче, всё, что находится в животе. Так вот, во время УЗИ, Ричард нашёл некое образование. Тогда он сказал, что это ребёнок. Понятное дело, меня вырубило, но Ричард привёл меня в чувство и выслушал историю, предлагая помощь. Это был именно тот день, когда родители объявили о свадьбе.

— Это ты поэтому плакал на кровати, когда я к тебе пришёл?

— Да, Лиам. Я не понимал, что мне делать, как мне дальше жить, как мне это принять. Как принять то, что семнадцать лет ты жил в полной уверенности, что ты парень, который стоял спиной за свою семью, резко превратился в некий... гибрид женщины и мужчины, и носишь под сердцем ребёнка. Это не могло уложиться в моей голове. Это было тяжело и... Я часто думал об... аборте.

— Пап...

— Алекс, прости. Я предлагал вам подняться. Но, малыши, я счастлив, что Ричард отговорил меня. Я счастлив, что вы есть у меня. Я не знаю, как бы сложилась моя судьба без вас и, наверное, я бы до сих пор сожалел об этом. Но вы здесь, со мной и всё будет хорошо.

— Луи, — Зейн прикусил нижнюю губу, хмурясь, — почему ты уехал? Настолько далеко.

— Мне нужно было. Я хотел начать жизнь с чистого листа, с детьми. Это всё, что мне нужно было.

— Нет, подождите. Хорошо, но... — мы посмотрели на Лиама, который бегал глазами по моему лицу, — но кто отец детей?

О, нет. Нет, нет, нет. Только не этот вопрос. Чёрт. После всего, что было, мне тяжело об этом говорить. Мне страшно признаться и страшно узнать реакцию семьи и друзей, когда они узнают, что я прогибался под Гарри. Не под каким-то там левым парнем, а Гарри. Под тем человеком, который ненавидел меня. Под тем человеком, который является другом Лиама.

— Луи?

— Это тяжело, Лиам. Вы не поймёте или возненавидите меня за это...

— Не говори глупостей!

— Но это так, Зейн! — я немного сменил тон, чтобы не напугать Тома. — Вы возненавидете меня за то, что я... — я выдохнул. — Вы возненавидете меня за то, что я прогибался под этим человеком. И...

— Луи, кто это?

— Не могу... — Шерил и Найл погладили мои плечи с обеих сторон и дали уверенные улыбки, говоря, что они рядом и всегда поддержат.

— Луи, кто отец детей?

— Хорошо... Э-это Гарри. Гарри Стайлс.