Поднявшись с Гарри на второй этаж, мы остановились у комнаты Луи. Я решил им не мешать и пошёл с малышом в свою, ложа его на кровать, где он сразу же заснул, утягивая сразу и меня, потому что не спать больше суток — истощающе.

POV Harry

Я не могу поверить. Это нереально. Один из самых близких мне людей погиб и я узнаю это уже после его похорон. А ещё у них ребёнок! Ребёнок, вашу мать! Услуги суррогатных матерей в Великобритании стоят достаточно дорого, учитывая все её потребности. Почему Луи никому не рассказал?

Очень долго я пытался найти Луи, правда. Но после того, как мне сказали, что над ними похлопотали разные службы и найти информацию про них — невозможно даже мне, я... нет, не сдался. Я стал ждать. Ждать, пока Луи не объявится сам, потому что... Он один раз так уже пропадал. На семь лет. И вернулся тогда, когда он захотел этого, захотел помочь. И я не хочу показаться эгоистом, но именно я был причиной его возвращения.

С одной стороны — это круто. Я стал причиной, что Лиам снова увидел брата, а родители увидели сына. Но с другой... У каждого есть свои причины, чтобы сбежать. Никто не знает, что было причиной. Да и важно ли это сейчас?

— Лу?

Я легонько постучал подушечкой пальцев по двери. Всхлипы, которые были чем-то приглушены, прекратились, а моё желание обнять этого парня увеличивалось с каждой секундой.

— Привет, Лу, это я. Я знаю... Я знаю, о вашей утрате и... мне жаль. Правда, мне очень жаль. Митч был мне очень близким, он спас меня так же, как и ты.

Упоминая его имя, я совсем забыл об этом. У Луи вырвался лёгкий крик, а затем послышался плач. Это были уже не всхлипы, а плач. Я никогда не видел Луи таким. Он всегда был стойким, жизнерадостным и... Да, даже, когда я избивал его, после этого он резко переключался на своё обычное настроение, как только к нему подходил Зейн. Он имел какое-то особое влияние на него. Но сейчас... Сейчас он напоминает меня много лет назад.

— Боже, прости, прости, я не хотел, прости. Это больно, я понимаю. Когда... Когда умерла Амелия... это было очень тяжело и я бросался на всех, кто только смел произнести её имя. Даже на Лиама, который знал и про отца, и про Амелию. Он был со мной, когда у меня были панические атаки. Он даже терпел, когда я ударял его. Не подумай ничего плохого, просто... Я очень долго не мог выносить мужские прикосновения ко мне. Его простые пожатия руки или объятье при панических атак — я не мог этого выносить. Все мои мысли сразу возвращались в тот день, когда... Сам знаешь.

Я выдохнул и сел на пол, оперевшись о дверь, откинув голову.

— Знаешь, единственный раз, когда я чувствовал себя в полной безопасности рядом с мужчиной, это когда... Митч нашёл меня в ванной, в Лондоне, помнишь? Я тогда даже не думал о том, что со мной сделали. Мне было просто... хорошо и удобно рядом с ним. Ты так себя чувствовал с ним, да? Защищённо, расслабленно... — очередной всхлип дал мне понять, что я прав. — Луи, а, ведь, тебе так идёт быть замужем. Ты светился, как Солнце, правда. Я знаю, что после всего, что я тебе сделал, ты не веришь мне, но это правда. Как бы я не хотел этого признавать, я глубоко в душе хотел, чтобы рядом с тобой был человек, за которым ты будешь, как за стеной. Нет, ты не слабый, не подумай. Это не так. Просто... Я видел на твоей стороне такого человека, как Митч. Я хотел, чтобы ты был счастливым, чтобы кто-то был морально сильнее, чем ты. Тебе нужно было рядом человека, который смог бы тебя защитить, даже если ты сам в состоянии это сделать. Я не знаю, как это объяснить, но... Я надеюсь, что ты понял меня, да?

Я немного дёрнулся, когда в кармане джинс завибрировал телефон, но, как только я узнал, что это был Лиам, я отложил его куда подальше.

— Сейчас мне звонил Лиам. Ты не переживай, он не знает ничего. Хотя, я не одобряю твой выбор не говорить ничего о случившемся. Зная свой... опыт, рядом всегда должен быть человеком, которому ты можешь открыться, выговориться. В своё время я оттолкнул свою семью от себя, я не говорил им ничего про то, что было у меня с отцом, потому что им не нужно было этого знать. Вообще, кому-либо. Лиам узнал по случайности, когда... умерла Амелия. Это было последней каплей для меня, Лу. Я выговорил ему и про отца, и про Амелию. Я говорил, говорил и говорил, но... Меня несло по течению чувства, я не хотел бороться за что-то. Мне было плевать на всех. Лу... Поговори, пожалуйста. Не хочешь говорить со мной, то поговори с Ричардом. Он не похож на себя, Лу. Он выглядит ужасно и... он волнуется за тебя... — я провёл рукой по волосам. — И я за тебя волнуюсь.

Я закрыл глаза и прислушался к сердцебиению, которое не хотело прийти в норму. Воспоминать об отце и Амелии для меня всегда очень тяжело. Но Луи должен понять, что он не один. С ним есть я, Ричард. У него есть ребёнок, в конце-то концов! Он нужен ему. Он обязан взять себя в руки.

— Лу... Я видел вашего сына. Он такой кроха. Я никогда не любил детей, ты знаешь это. Но перед твоими сестрами, Софи и твоим сыном я не в силах устоять. Перед ними я обезоружен. Они потрясающие, правда? Боже, Лу, у тебя сын! Я поверить не могу. На самом деле, я думал, что у тебя будет дочь, потому что... Ну, знаешь... Столько сестёр. Я думал, оно хоть как-то сможет передаться тебе по генам. Но, Лу, сын! Это же продолжение рода.

Я прислушался и не услышал больше никаких всхлипов. Я хочу, чтобы это означало, что он успокоился хоть немного и поспит.

— Я не знаю... чей это сын, но... Я имею в виду... Я не знаю, чья это была сперма, которую брали для оплодотворения, но я знаю, что Том будет характером в тебя, даже если ты окажешься не биологическим отцом. Знаешь, где-то в глубине души я понимаю, что не готов к своим детям. Знаешь, эта болезнь. Отца и моя... Оно же передаётся по генам. Я не хочу, чтобы дети имели какие-либо... психические отклонения. Это будет тяжёлая жизнь... Ребёнок — это тот, за кого ты несёшь ответственность всю свою жизнь. Даже после их совершеннолетия ты всё равно должен заботиться о них и... Это просто не то, что я хочу делать, наверное. Ты... Тебе это было суждено. Тебе было суждено найти свою любовь, иметь с ним ребёнка, Тома. А я... А мне было суждено иметь бизнес. Без детей... Я не смогу заботиться о них, понимаешь?

Я повернул голову, когда услышал, как захлопывается дверь. Ричард вышел из комнаты, потирая глаза и показывая, что он пойдёт вниз. Кивнув, я поднялся с пола и опустил голову, обдумывая.

— Луи... Я прошу тебя, не доводи себя до того состояния, в каком был я. Пожалуйста, Лу. Не нужно. Ты этого не заслуживаешь. Я не знаю, что произошло, но и винить себя в его смерти тоже не нужно, если ты это делаешь. Не вини себя. Я думал, что это я виноват в смерти Амелии. Оно, конечно, и правда, потому что, если я с ней не встретился в кафе, я б её не полюбил и она была бы жива. Но... Не делай этого, Лу. Ты не виноват. Запомни это, — я выдохнул. — Я... Я ещё приду, ладно? Я завтра буду здесь и, если захочешь, мы поговорим. Пока, Лу.

Посмотрев на время, я спустился на первый этаж, натыкаясь на Ричарда, пьющего чай. Его вид желает быть лучше.

— Рич, ты ел что-нибудь? — мужчина поднял на меня глаза и замахал головой, размешивая сахар в чашке.

— Нет, я не могу. Кусок в горло не лезет.

— Я понимаю. Правда понимаю.

— Гарри... Спасибо, что ты приехал.

— Конечно, Рич. Если бы я знал, что Митч погиб, я бы был здесь намного раньше. Почему никто не сказал об этом?

— Луи не хотел. Мы не зря уехали на два месяца. Никто не знает. Ни родители, ни друзья. Даже наши близкие друзья с Портленда не знают. Я связался, конечно, с ними, но Луи ясно дал мне понять, что он не хочет, чтобы кто-то знал об этом, — Рич показал рукой на стул перед собой и я сел, вытаскивая телефон, смотря на пропущенные звонки, которые все были от Лиама. Собственно, до того, как приехать сюда, я собирался к Лиаму. — Гарри. Я... Могу тебя попросить, чтобы ты поехал завтра?

— Я и так собирался приехать. У меня в одиннадцать совещание и около часа я буду у вас. Можешь не переживать. Я хочу помочь ему выйти из этого состояния, потому что в своё время я оттолкнул всех и когда они пытались помочь, я обидел их и... меня затянуло. Я не хочу, чтобы Луи оказался там, где был я.

— Спасибо тебе, Гарри.

Ричард кивнул и налил мне чай, угощая домашним печеньем. Мы поговорили ещё немного, обсуждая всё, что могло касаться Луи и наших жизней за два месяца. Он был, конечно, немногословен и я понимаю его. Потерять близкого человека очень тяжело и очень долго ты сможешь прийти в себя.

POV Richard

— Гарри, он что-нибудь говорил? — парень передо мной покачал головой, смотря куда-то вниз. — Я не знаю, что делать...

— Нужно немного подождать. Я не верю, что я это всё говорю, потому что я никогда не был тем, кто много говорит и рассказывает о своей жизни, но моя семья и вы знаете обо мне больше, чем это только можно представить. Я знаю, что... — он вздохнул и сложил руки на столе. — Я знаю, что Луи никогда меня не простит за то, что я избивал его в школе, угрожал и тому подобное. Сейчас, после всего, что я прошёл, я и сам себе этого никогда не прощу. Но нужно ждать, Рич. Боль должна пройти сквозь тебя и скоро ему должно стать легче.

— У него никогда такого не было. За все эти годы. Я был рядом с ним и... Митч был его...

— Родственной душой? — я кивнул. — Согласен. Они идеально подходили друг другу. Просто мы не должны оставлять его. Сейчас, если мы оставим его в покое, его загрызут мысли. Они будут грызть, душить и в конечном итоге затянут с головой и тогда мы его уже не спасём. А у него сын. Он должен быть с ним.

— Я понимаю это, но ничего не могу сделать. Я ни разу его не видел таким.

— Ты долго будешь дома? Ты работаешь?

— Да, в клинике, где я работал до того, как уехать. У меня отпуск на неделю.

— Отлично, тогда чем скорее мы поставим его на ноги, тем лучше, — Гарри посмотрел на часы и вздохнул. — Оу, мне пора уже, да и тебе ложится нужно. Выглядишь ужасно.

— Оу, спасибо, Гарри, ты очень любезен, — он слабо поднял уголок губ и я провёл его к выходу, взъерошивая волосы.

— Тогда завтра в час я буду у вас и буду с Луи.

— Спасибо. И... Ты мог бы не говорить никому. Даже Лиаму. Я не хочу, чтобы...

— Разумеется, я понимаю всё. До завтра.

Я пожал Гарри руку и захлопнул за ним дверь, прислоняясь к ней лбом. В моих мыслях сейчас творился какой-то беспорядок и я не знал, как расставить всё по полочкам.

Мне страшно. Я боюсь потерять Луи. Я люблю его. Вот правда. Очень люблю. И потеряв его, я не вижу счастливого себя. Он — мой свет в окошке, моя любовь. Конечно, я буду жить. Жить для Миранды, для тройни, для Тома, но без Луи для нас всех это уже будет не то. Я люблю его. За столько лет это солнышко полюбить очень легко. И, когда он встретил Митча, я не мог быть счастливее. Я хотел, чтобы после всего, что с Луи было, после беременности, он нашёл того человека, с которым он будет чувствовать себя на седьмом небе, чтобы он был счастлив, здоров и, чтобы у него не было никаких проблем. Но Бог, видимо, махнул на мои просьбы рукой.

Я закрыл глаза и выдохнул, когда услышал плач Тома из своей комнаты. Мне подсказывает, что я не буду спать ещё очень долгое время. И я не знаю, сколько я смогу так продержаться. Я хочу, чтобы Луи прошёл через это и я не знаю, как мы с Гарри будем помогать ему, но всё должно быть хорошо. Я надеюсь, что всё будет хорошо.