— Гарри? Все хорошо? — он кивнул. — Не холодно? — он замахал головой. — Не жарко? — снова замахал головой. — Хочешь пить? — замахал головой. — Перекусить?

— Луи! — муж закатил глаза и посмотрел на нас с места второго пилота. — Не будь курицей-наседкой! Если Гарри что-то захочет — он скажет.

— Не скажет, Митч. Не скажет.

— Скажет, поэтому угомонись. Тем более мы уже в Лондоне. Через пару минут будем садиться.

— Напомни потом, почему я согласился вообще за тебя выйти! — муж засмеялся и сел ровно, смотря вперёд.

— Я и сам не представляю, малыш.

— Бе-бе-бе, — я посмотрел на Гарри, который следил за нашим разговором. — Видишь, Гарри. А ты не любил однополые отношения. Тут столько романтики. Столько...

— Луи, заткнись!

— Сам заткнись, Митч! Или я заткну.

— Я, конечно, не против чужих глаз, но это, по крайней мере, будет не культурно и не гигиенично, — я расширил глаза и вскрикнул что-то вроде «Эй, Митч!». Или что-то такое. Я сам не понял.

— Митч! Господи! — Гарри поднял уголок губ. — Я хотел, чтобы ты произвёл хорошее впечатление на Гарри! А не впечатление озабоченного двадцатилетнего... подростка!

— Но...

— И кто бы говорил про гигиеничность?! Тебе напомнить одну интересную историю, которая произошла в парке, когда...

— Нет!

— Или интересный случай на работе? Или на пляже?

— Нет! Всё, остановись. Я понял. Я молчу и... Я молчу, — я самодовольно улыбнулся и посмотрел на Гарри, который всё ещё следил за нами, вскинув брови.

— Разнообразие в постели, Гарри — секрет семейного счастья.

— Я, конечно, прошу прощения, — пилот выглянул в окно и сел ровно, — что перебиваю ваш разговор. Весьма интересный разговор, — мы с Митчем залились хохотом, — но мы готовы к посадке. Проверьте ваши ремни безопасности и мы будем садиться.

Я посмотрел на ремень Гарри и кивнул, говоря, что всё нормально и мы готовы приземлиться. Пилот сообщил станции, что они прилетели и начал медленно опускаться на крышу клиники. Гарри не проявлял этому большого внимания, хотя я думал, что это всё будет для него чем-то новым, особенно после того, что случилось. Я не знал, как он отреагирует на это, но всё оказалось проще и Гарри был спокоен. По крайней мере, он не выдавал никаких знаков, что ему что-то не нравится или, что он хочет обратно в Донкастер. Он, как и раньше, неразговорчив. Если до... болезни он говорил что-то по своей воле, кричал, у него были хоть какие-то всплески эмоций, то сейчас из него трудно вытянуть хотя бы два слова. Но я рад, что он общается со мной. Это... сдвиг? Да, определённо. Я уверен, что для него это уже большой шаг.

Как только пилот приземлился, к нам подбежали медбратья, открывая дверь и сразу же пересаживая Гарри в кресло. Я вылез за ними и забрал чемодан Гарри со своей дорожной сумкой, когда Митч взял наши чемоданы.

— Мистер Джонсон, мистер Стайлс, — к нам подбежала женщина, лет сорока, — рада вас приветствовать у нас. Как добрались? — я улыбнулся.

— Спасибо, всё хорошо, миссис Дерби.

— Отлично! Не будем терять и минуты тогда, давайте пройдём в палату, — мы кивнули и все последовали за женщиной, спускаясь на нужный нам этаж. — Палата Гарри будет на втором этаже. Палата 14. Прошу, — она пропустила медбратьев, которые пересадили Гарри на его кровать. — Спасибо, парни, — они кивнули и ушли, оставляя нас.

Мы зашли и удивились, как в палате круто. Ну, действительно, круто. Телевизор, холодильник, кресло, диван, дверь в ванную комнату. Короче, крутая палата. Я бы здесь жил.

— Здесь... Потрясающе! Гарри, нравится? — я поставил чемодан и сел на царское кресло, откидывая голову, смотря на парня, который пожал плечами. — Не будь занудой. Посмотри, как тут круто! Я бы здесь жил! Давай, Гарри! — я подскачил и подошёл к его кровати, смеясь. — Ну здесь круто! Круто?

— Да, Луи, круто.

— Вот видишь! Не унывай, не депрессуй! Давай! — Гарри взглянул на меня, как на идиота. Миссис Дерби и Митч смотрели на меня и улыбались. — Гарри! Давай! Ну, что мне сделать, чтобы ты чувствовал себя здесь хорошо? Давай я спою? Станцую? — Митч засмеялся. — О, Митч! Иди сюда, — я подхватил его за талию и начал танцевать с ним вальс. Митч смеялся, кружась со мной по кругу. — Миссис Дерби! — я отпустил Митча (он чуть не упал от того, что закружилась голова), и подхватил женщину, танцуя.

— Мистер Джонсон! — женщина засмеялась.

— Я делаю так, чтобы у Гарри было хорошее расположение духа, — я наклонился, наклоняя женщину, вниз, удерживая за талию, отчего она вскрикнула немного, — и, чтобы ему здесь нравилось, — я снова закружил женщину, которая уже заливалась смехом.

— Вы меня уже закружили, мистер Джонсон!

— Пока Гарри здесь не понравится, я Вас не отпущу.

— Мистер Стайлс, Вы- о, боже! — женщина засмеялась, как только я ускорился. — Вам определённо должно здесь нравится! Мистер Стайлс!

— Да, мне нравится, да, — я засмеялся, когда услышал слова Гарри и неспеша отпустил женщину. Она остановилась и положила руку на сердце. — Не трогай, пожалуйста, больше женщину. Ты здесь меньше двух минут, а довёл двоих человек до сердечного приступа, — я посмотрел на Митча, который сидел на кровати Гарри, приложив два пальца к запястью.

— Господи, Митч! Старикашка! Я старше тебя на четыре года и ничего, а ты в двадцать и... Боже!

— Ну простите! Я не ожидал резкого желания потанцевать вальс!

— Ой, всё, — я подошёл к Гарри и сел перед ним на корточки. — Тебе точно тут нравиться?

— Да, Луи.

— Отлично, я рад. Тогда, смотри. Сейчас тобой займётся миссис Дерби, назначит лечение и какие-то процедуры, — я прищурился и пошевелил бровями. — И я надеюсь, в этом списке будет массаж от потрясающей блондинки, — Гарри вскинул брови. — Я бы очень хотел с тобой ещё побыть. Правда. Но нам с Митчем нужно заселиться в дом, который нашёл Найл и встретиться с кое-кем. Но завтра мы будем у тебя. С самого утра, как только ты проснешься, хорошо?

— Ладно. Мне... — он опустил глаза, закусывая губу. — Мне не нужно, чтобы со мной постоянно кто-то был, мне просто нужно знать, что... Что есть тот, кто сможет приехать, если я попрошу, и побыть рядом. Что-то рассказать. Потанцевать, — я засмеялся.

— Конечно, Гарри! Для этого мы здесь.

— Спасибо вам, — я кивнул и встал с корточек, подходя к Митчу.

— Ну, что, поехали?

— Да, не будем мешать. Скоро увидимся, Гарри, не грусти, — Митч пожал ему руку и улыбнулся.

Мы попрощались и немного поговорив с миссис Дерби, поехали в аэропорт, где с минуты на минуту должен приземлиться самолёт с детьми и Ричардом. Боже мой, как я скучаю за малышами. Я никогда в жизни не оставлял их на такой срок и... Чёрт, я не могу без них. Они — моя частичка, моя душа и... Они — моё всё. Для меня никого нет настолько важного, как они. Это моё продолжение, поэтому, я очень их люблю и не знаю, что было бы со мной, если бы их не было.

За всю дорогу до аэропорта, мне не один раз звонила Мари, которая осталась исполнять мои обязанности. Для девушки это оказалось слишком, она не знала некоторые моменты, но, хочу признать, она достаточно хорошо справляется. Нет задержки в издательстве, нет задержек на производстве. Что ещё нужно? Всё круто. Мари, как только я поднимаю трубку, всегда кричит на меня и пытается отправить в Ад за то, что свалил всё на неё. Но... А на кого ещё? Митч вместе со мной, Найл в Донкастере, а она мой заместитель. Кому, как не ей?

Приехав в аэропорт, мы сразу же увидели Ричарда с детьми, которые стояли у входа и оглядывались по сторонам, пытаясь найти нас. Я не мог больше сдерживаться и сразу выбежал из такси, летя к своим детям, которые бежали ко мне.

— Папа! — я раскинул руки и принял их в свои объятия, чуть ли не падая на землю.

— Мои родные, — я поцеловал каждого по-отдельности и прижал сильнее к себе. — Мои самые любимые. Я так скучал.

— Мы тоже.

Ричард подошёл к нам и, нагнувшись, поцеловал меня в нос, улыбаясь во все тридцать два зуба.

— Как долетели?

— Всё очень хорошо. Практически весь путь спали.

Митч подошёл к нам и обнял Рича, опускаясь к нам с детьми.

— Митч! — теперь была очередь мужа удерживать равновесие, чтобы не упасть от объятий тройни.

— Я так скучал за вами, — Митч улыбнулся и поднялся с колен, отряхиваясь. — Пойдёмте, я сказал таксисту нас подождать.

Мы взяли чемоданы и пошли в машине. Мы заказывали специально огромную машину, чтобы поместились наши чемоданы и все мы. Поэтому, когда приехал Опель Виваро 17-го года, я был счастлив, что мы все вмещаемся. Я усадил каждого, удостоверился, что у них все хорошо и сел на пассажирское сиденье возле водителя, называя адрес, который мне дал Найл. Он сказал, что дом должен нам понравится, но, что самое главное, так это то, что он всего в десяти минутах от больницы и в двадцати от центра Лондона. Что может быть ещё лучше? Это же просто идеально!

— Лу, как всё прошло? — Ричард вырвал меня из своих мыслей и я выдохнул.

— Бывало лучше, конечно. Хоть он и говорил, что ему нравится, что он в порядке, я видел, что с ним ничего не в порядке. Он или не хочет принимать то, что он жив, или... А я даже и не знаю, что может быть «или».

— Он не просто так позвал тебя, — я кивнул. — Не родителей. Не Лиама. А тебя. Значит ли это что-то? Может, он хочет вернуть прежнюю дружбу?

— Но мы никогда не дружили. Я имею в виду... Да, я говорил, что считаю его другом, но он — нет. Он никогда не доверял, не говорил со мной о чём-то личном. У нас не было как таковой дружбы.

— Не знаю, Луи. Сейчас это всё стало слишком запутанно.

— Оу, Рич, дети, у нас с Митчем для вас есть новости. Мы расскажем, как только приедем в новый дом, хорошо?

— Да!

— Отлично. Ой, кстати, смотрите! — я показал всем в окно, указывая на одну из достопримечательностей Лондона. — Это Кенсингтонский дворец.

— Это где живёт королева?

— Да, Тори. Королева Елизавета II. Мы обязательно приедем сюда, как только разберёмся с домом, вещами и всеми нужными делами.

— А Глаз Лондона?

— Оу, Лео, и туда сходим, конечно! Я сам мечтал туда сходить, когда ещё жил в Донкастере. Но так и не получилось, я никак не мог выбраться в Лондон. Мы сходим. И на Глаз Лондона, и к Вестминстерскому Аббатству, и на Биг Бен посмотрим. Всё, что только можно, мы посмотрим, не переживайте. Я, думаю, мы здесь надолго.

Дети заулыбались и с интересом рассматривали Лондон. А когда они увидели Double-decker bus, они были вне себя от удивления и радости, потому что такие автобусы они видели только в интернете, в фильмах и сериалах. Их удивляло всё. Дороги, тротуары, клумбы, деревья, люди, здания, водитель, который сидит не слева, а справа (что для них стало самым большим шоком). Они, будто, попали в параллельный мир. Но они счастливы. Это видно по их глазам. А я счастлив, что счастливы они.

Подъехав к дому, у меня отпала челюсть. Это был не дом... Это чёртов замок! Два этажа с открытой террасой на крыше, на всю площадь дома, перед домом была аллея, где дорожку с обеих сторон сопровождали пихты, а перед домом было поставлено три машины. Чёрная, серая и красная. Я присмотрелся и только благодаря линзам, которые я купил несколько месяцев назад, я увидел, что это были три «Koenigsegg Gemera». О, чёрт.

— Вы тоже это видите? — я повернул голову к Ричарду и Митчу, которые выручили глаза и просто уставились на машины. — Скажите, что это не наш дом.

— Похоже, что наш, Лу, — я заплатил водителю и вышел из машины, забирая свой чемодан, дорожную сумку и чемодан Лео.

Я подождал, пока все разберутся с чемоданами, и, как только, все были готовы, мы пошли к дому, затая дыхание. Чёрт, здесь фантастически круто! Машины блистали от солнца, посылая нам солнечные зайчики, маня к себе. Я подошёл к красной машине, потому что увидел конверт под дворником. Развернув его, я увидел письмо, написанным почерком Найла. Конечно, кто, если не он.

" Луи!

Это Найл! Рад приветствовать вас в Лондоне. Надеюсь, Рич с детьми хорошо долетели и у них всё хорошо. Ключ от дома около двери, на неком гвоздике. Раз ты читаешь это письмо, то ты нашёл мой подарок! Сюрприз! Три новые машины, только что с завода, уже ждут своих хозяев. Ричард, Митч и ты — полноправные владельцы машин. Пользуйтесь на здоровье и знайте, что я люблю вас. Если что-то потребуется или будет скучно — я всегда на связи. До встречи!

P.S.: красная машина — твоя. Я помню, что ты любишь красный цвет. Поэтому, всегда пожалуйста ;-)»

— Это реально наши машины. Красная моя, а чёрная и серая — для вас, — Митч расширил глаза, застывая на месте. — Я думаю, что мы просто устали и нам всё это кажется. Давайте пойдем в дом и поспим хорошенько. Иначе, мы двинемся.

Ричард кивнул и все последовали за мной, заходя в дом. Я даже не хочу видеть, как он обустроен, потому что... Это сон. Это воображение. Это фантастика. Это не моя жизнь. Но то, что первый этаж был в стиле модерн — это привлекло моё внимание.

Поднявшись на второй этаж, мы разобрались с комнатами и порасходились, готовясь немного отдохнуть от этого всего. Наверное, наши мозги уже не соображают. Митч сразу же заснул, как только его голова коснулась подушки, а я ворочался и думал. Думал и думал. Откуда Найл нашёл этот дом? Зачем нам три машины? Чт-что вообще происходит?!