— Дороговато, — задумчиво тянет Ухи, откладывая часы с тёмно-зелёным кожаным ремнём, которые они только что смотрели с Соён. Соён сводит брови, хмурится и поджимает губы, глядя на своё колечко на безымянном пальчике.

— Но я всё равно должна купить хороший подарок, не могу же я ему гирлянду из бумаги вырезать после такого! — восклицает расстроенная Чон. Хосок и Тэхён, стоящие в сторонке, сами ломают голову над тем, что бы подарить Чимину на двадцативосьмилетие. Вроде и не юбилей, а вроде они и никогда не скупятся хотя бы на бутылку хорошего виски, если уж на то пошло и идей нет совсем.

— Девочки, шум не устраиваем, ща всё будет, — Хосок делает из пальцев «ок» и идёт к продавцу, показывая на те самые часы, которые так понравились Ухи и Соён. Соён семенит за ним и после того, как Хосоку упаковывают в красивую коробочку, лепечет и суёт те купюры, которые успела заработать на досуге, чтобы купить Чимину подарок. Хосок доплачивает недостающее и улыбается, протягивая ошеломлённой девушке коробочку. Тэхён скептически приподнимает бровь, пока Ухи, умиляющаяся, жмётся к нему.

— Джентльмен, да? — шепчет Бэ.

— Я тоже так могу, — в ответ бурчит уязвлённая частичка Кима, и все дружно покидают магазин.

В итоге Тэхён в тайне ото всех уже, кроме своей девушки, оплачивает Чимину и Соён романтический ужин на двоих в одном из самых дорогих ресторанов, а абонемент прячет в конверте, обычно предназначающийся для денег на подарок, чтобы до вручения подарка вопросов ни у кого не возникало. Ухи светится от счастья, ведь она им очень гордится.

***

По традиции Чимин в свой день рождения никогда не отменяет занятий, если они есть. Но сам день рождения выпадает на воскресенье, чему все несказанно рады, потому что обычно если Чимин отводит штук пять пар, после всего желание веселиться и кутить угасает ровно в половину.

Утро встречает Чимина звонками на телефон и в двери. Сначала он одевается, чтобы пойти открыть дверь, попутно отвечая на звонки. Соджун с утра пораньше успевает сходить в магазин, поэтому дверь открывается ему, и тот входит в его квартиру уже с коробкой шоколадно-медового торта и большими пакетами в руках. Отвечает на звонок родителям, те спешат поздравить его с днём рождения и посетовать, что они с братом не приезжают к ним так часто, как хотелось бы. Смеясь, младший уверяет, что как только наступят зимние каникулы, он, наконец, возьмёт с собой Соён и они обязательно приедут погостить.

Пока Соджун готовит завтрак, не спрашивая, какие у младшего брата дальнейшие планы, Чимин сидит за столом с чашкой заваренного кофе и куском сладкого торта и обновляет соц.сети. Конечно же, ему пишут его ученики с разных факультетов, поздравляя. Приходится отвечать, и на это уходит всё утро.

— А где Соён? — спрашивает Соджун. — Я почему-то был уверен, что она с утра тут с тобой крутиться будет.

— Э... — подвисает Чимин. — Там, короче, предсвадебные хлопоты. Старшая же, Сомин, замуж за Сокджина выходит. В общем, у них с утра дела, знакомства семьями или что-то такое. Не вдавался в подробности. Обещалась к обеду.

— Пишут хорошенькие студенточки? — понимающе кивает Соджун, заглядывая в телефон, пока сам садится пить кофе.

— Они меня не интересуют, — отмахивается Чимин.

— Да я не про тебя, я про себя. Мне же тоже жениться надо.

Чимин на это только улыбается. Когда Соджун собирается на работу, то уточняет, во сколько ему ждать толпу у себя. В прошлом году Чимин отмечал день рождения за городом — был на удивление тёплый октябрь, но в этот раз погода испортилась довольно рано, и потому они собираются пойти в клуб Соджуна. Чимин говорит, что к вечеру, скорее всего, не раньше часов семи-восьми, потому что рано там делать нечего. И как только Соджун выходит из чиминовой квартиры, оставив на именинника остальные приготовления из тех продуктов, что занёс, на пороге появляется Соён.

— Помощница пришла, — констатирует Соджун, а Чимин думает иначе: не до готовки им будет сегодня явно.

Соён проходит уже по-хозяйки — обвыклась, хотя первые недели, когда они только начали встречаться, сердце у девушки каждый раз заходилось, когда она переступала порог квартиры своего парня. С трудом осознавала, что это место, куда ей можно приходить, если вздумается его увидеть. А когда первый раз осталась ночевать, думала, что вообще сойдёт с ума от счастья.

— У-у-у, — тянет она, подходя к Чимину и целуя его в губы, — он явно о нас лучшего мнения.

— И хорошо, — смеётся в ответ Пак, — чем меньше они знают, тем спокойнее мне за свои яйца. Я и так на мушке у твоей сестрёнки. Я её боюсь больше всех остальных.

— Но мы же не будем просто так сидеть до встречи с остальными?

— Конечно нет. Мы будем лежать. Беспокойно лежать. Со стороны будет казаться, будто мы занимаемся сексом.

— Такие планы мне по душе, — Чимин рычит «чертовка» и подхватывает её под бёдра, утаскивая куда-то в район своей спальни.

***

— Нет, не это, — Юнги отметает уже третье примеренное Чонын платье, и кивает в сторону ещё одной стойки с целой коллекцией. Девушка вздыхает и идёт снова в примерочную.

— Ты хоть знаешь, как трудно стребовать себе выходной в воскресенье, когда ты старшая по кафе? — доносится до него негодование. — И на что мы тратим мой отдых?

— Я предупреждал тебя о дне рождения Чимина, — безапелляционно заявляет Мин. — Мы могли пройтись по магазинам раньше.

— Давай я просто натяну на себя балахон и не придётся ничего менять, — девушка отодвигает шторку и выходит к нему. На неё нежное кремовое платье с рукавами три четверти и трапецевидной юбкой до колен. Наряд нравится Юнги, но не нравится Чонын, потому что она привыкла к объёмным юбкам и гораздо более открытому верху. Поэтому она, не дожидаясь его вердикта, идёт обратно в примерочную. Мужчина вздыхает. Ну да, так просто договориться с ней он и не рассчитывал.

В итоге они сходятся где-то на варианте десятом. Юнги не нравится цвет — ярко-красный, а Чонын не нравится юбка — практически до икр, но оба сходятся во мнении, что-то, что она облегает, показывая красивые изгибы тела девушки, а также открывающее ровные ключицы и шею, очевидно идёт гораздо больше, чем закрывающее абсолютно всю зону декольте. Юнги расплачивается на кассе, пока Чонын переодевается в повседневку, и оба, взявшись за руки и получив комплимент от продавщицы, что они прекрасная пара молодожёнов (в этот момент Чонын хихикает), выходят из магазина.

— Нам ещё надо было сменить ковёр в коридоре, — вспоминает Юнги, пока они двигаются по торговому центру.

— На втором этаже был отдел, — Чонын ведёт его за собой, потому что мужчина не знал, куда идти. И Юнги думает, что да, пожалуй, они даже слишком похожи на молодожёнов. Не хватает только парных костюмов и колец на безымянных пальцах левой руки.

Это надо исправлять.

***

— Принимайте таблетки три раза в день, в течение целого курса. Он рассчитан на полгода, через полгода повторное обследование, — Хосок выдаёт нужные рекомендации. Пожилая женщина со стоящей позади внучкой благодарят за приём и выходят из кабинета, а внутрь прошмыгивает вовсе не пациентка. Но занятый работой доктор Чон понимает это не сразу и выдаёт дежурное «здравствуйте, давайте свою карту, раздевайтесь, ложитесь на кушетку», не отрываясь от заполнения больничной карты. Рядом с кушеткой стоит электрокардиограф.

— Что, прямо вот так? — усмехается девушка, садящаяся напротив. — Сразу кушетка уже?

— Сыльги? — он поднимает на неё глаза и лицо его сразу заметно проясняется. — Что ты тут делаешь?

— Во-первых, принесла тебе кофе, — она протягивает стаканчик, — ты заработался и даже не был на обеде, — Хосок смотрит на часы и кивает, признавая правоту её слов. — Во-вторых, просто захотела увидеть, нельзя?

— Ещё как можно, — он откладывает ручку и берёт стаканчик в руки, сразу делая глоток.

— В-третьих, пришла уточнить, во сколько мы сегодня идём? Я освобожусь в шесть.

— Хм, наверное, часам к восьми, — смотрит он на стопку карт своих пациентов и вздыхает, — я постараюсь успеть всё закончить.

— А на кушетку-то ложиться? — кивает в сторону Сыльги. — Проверите меня, доктор Чон, а то сердце что-то бьётся неровно.

Он давится кофе, а Сыльги только заливается смехом, глядя на то, как вытягивается его лицо и как глаза лезут на лоб.

— Я шучу, — она поднимается с места, — работай, до вечера!

Она покидает его кабинет, но Хосоку что-то не до шуточек, он как бы сейчас перевозбудился немножко, а ведь по сути-то ещё ничего не было. Отсутствие личной жизни, в том числе и интимной, видимо, ударило не только по нему, и шутят они теперь на эту тему оба и регулярно.

— Шутница, бля, — откидывается на спинку стула. — А работать я как должен теперь?

***

Чимин с Соён, Джин с Сомин и Тэхён с Ухи подъезжаю к восьми, как и планировали. В клубе ещё не так много народу, но это и не так важно — они всё равно пойдут в вип-комнату, чтобы никто не мешал наслаждаться праздником. Пока все заказывают напитки и понемногу пытаются разговориться, приезжают Юнги и Чонын, и тех, кто ещё не знаком, приходится знакомить.

— Соён и Сомин, — представляет Чимин, — это Чонын, девушка Юнги, в прошлом сводная сестра.

Сомин смотрит в сторону Мина подозрительно, прищурившись, но ничего не говорит, потому что рука Джина покоится на её колене, и сам он всем своим видом даёт знать, что всё потом объяснит. Не заметить между Мином и Чонын разницу в возрасте, примерную одиннадцати годам, сложно, но друзья свыклись, тем более что у всех, включая самого Чимина, девушка младше, и только Сомин выбивается из общего ряда. Пока.

Пока не приезжает Хосок с Сыльги, попутно наткнувшись на Намджуна, не заходящего в клуб, потому что там шумно, а он разговаривает по телефону. Завидев друга, Намджун салютует и только потом видит рядом с ним девушку. Вопросов, кто же это, в общем-то нет, потому что и так понятно по счастливой хосоковой улыбке.

— Опаздываем, бро, — вместо приветствия слышится от Чона.

— Даму не представишь? — Намджун протягивает к Сыльги руку, та тоже, намереваясь её пожать, но вместо этого Намджун подносит её ладонь к губам и целует. — Ким Намджун, приятно познакомиться.

— Сыльги, взаимно, — хотя по Сыльги и не скажешь, ведь она неуверенно косится на Хосока, не зная, как себя вести. — Похоже, что я буду в вашей компании новенькая.

— Ну да, но не переживай особо, — успокаивает Хосок, — мы с тобой будем не самые интересные для публики.

— А что, мелкий опять не поехал? Даже не поздравит? — они дружно заходят в клуб, Хосок пропускает свою девушку вперёд.

— У мелкого репетиции, ему скоро в Чехию лететь выступать, — отвечает Хосок, — я от него принёс открытку, — и смеётся.

— Щедро.

Чимин сидит в центре всеобщего внимания, но когда входит Хосок и следом за ним Сыльги, явно желающая от переключившегося на них внимания сбежать куда-нибудь в подсобку и не высовываться до ночи, то начинается галдёж, более-менее прекращающийся, когда встаёт виновник торжества.

— Представлю, потому что никто не знает, — Хосок крепко сжимает руку Кан, чтобы придать ей уверенности, — вернее, вы знаете, но ещё не знакомились. Это Сыльги, и буквально неделю назад после долгой нервотрёпки она согласилась таки стать моей девушкой! — Сыльги смущается ещё больше, неловко улыбаясь, пока им аплодируют непонятно для неё, зачем. И что это значит, что они её уже знают? Чон Хосок!

— Погоди, вот она тебе нервы потреплет, когда начнёшь предложение делать, — гогочет Чимин, за что получает шлепок по заднице от Соён. — Ну-с, теперь, пожалуй, с днём рождения меня!

И пьянка-гулянка начинается.

— Прежде чем... — раздаётся чей-то голос, и он явно принадлежит не одному мужчине, — мы начнём, хотелось бы объявить, что мы тоже женимся!

Секундная тишина.

— Кто это сказал?

— Что?!

— Да ладно?!